Создание фильма «АНДРЕЙ РУБЛЕВ» - архивные документы (часть 4)

Фотогалерея
Тарковский на съемках картины
Алов и Наумов
протокол Худсовета
Винокуров
обвал колокола
актерский отдел
корова 1
корова 2
корова 5
корова 6
крыша статья в крокодиле
крыша 2
крыша ответ группы
крыша 6
⇐ Вернуться к списку
(части 1, 2, 3)

После долгих подготовительных работ с 26 апреля 1965 года фильм «Андрей Рублев» был, наконец, запущен в производство. Летом 1965 года съемки проходили в Суздале и Владимире, отснятый материал отправлялся для обсуждения в Москву.

Уже на первых же просмотрах стало ясно, что фильм обещает стать серьезным событием в мире кино.

Так, 12 августа 1965 года художественные руководители Шестого Творческого Объединения режиссеры А.Алов и В.Наумов на заседании худсовета Объединения отмечали высокий уровень представленного материала:

«Наумов: Просмотренный материал произвел на меня большое впечатление, это талантливо. Отлично найдена сама атмосфера, великолепна сцена со скоморохом.

Алов: О просмотренном сегодня материале я могу сказать только восторженные слова, я не ошибусь, сказав о том, что у нас зреет очень крупная картина, серьезная, умная, с особым взглядом на вещи. В картине найдено верное интонационное ощущение, она великолепна по пейзажу.»

Однако, несмотря на сильное впечатление, которое произвел материал на членов Худсовета, приоритет оставался все же за решением производственных задач. Именно поэтому редактор Шестого Творческого объединения Юрий Винокуров указывал:

«…В процесса съемок фильма выяснилось, что в режиссерском сценарии были ошибочно представлены объемы эпизодов, во многих кадрах оказался заниженным метраж, т.к. были неточно определены темпы действия, не выверены внутрикадровые ритмы сцен.

В результате фактический метраж сильно разошелся с номинальным - снятый метраж в среднем более чем вдвое превышает сценарный. Это значит, что на монтажном столе может оказаться вдвое больше "полезных" метров и режиссер будет вынужден из четырех серий выкраивать две.

Во избежание такой перспективы следует сейчас провести значительные сокращения режиссерского сценария, тем более, что это диктуется также и необходимостью укрепить драматургическую струк­туру фильма, добиться более целостной его композиции.»

В результате длительно обсуждения было принято решение, зафиксированное в протоколе заседания:

2018-09-26_110100.jpg

 Постоянные требования о сокращении различных сцен фильма будут преследовать А.Тарковского еще долго. Но мешало нормальной творческой работе не только это.

Неприятности начали преследовать съемочную группу практически с начала съемочного периода. Из-за болезни художника-постановщика Е.Черняева, к работе были привлечены художники И.Новодережкин и С.Воронков, которым понадобилось дополнительное время на изучение исторических и иконографических материалов ХV века. В результате, как отмечала директор картины Т.Огородникова:

«…группа, вступив в съемочный период, начинавшийся со съемок во Владимире и Суздале, не имели ни одной своевременно построенной и подготовленной к съемке декорации на натуре…таким образом, подготовительный период был закончен на 25 дней позже установленного срока»

Кроме того, как отмечала Т.Огородникова:

«…декорация " Колокольная яма" - это одна из самых слож­ных декораций по организации строительства так как для всех эта работа оказалась экспериментальной. Изготовление колокола было разработано художниками из железобетона… Колокол получился весом в 5 т, ,транспор­тировка его оказалась очень сложной и трудоёмкой.

Не было предусмотрен и точно разработан технически подъем колокола. Все эти вопросы решались в процессе строительства декорации, что не могло не сказаться на удлинении срока строительства, а также дополнительных затрат, которые сметой не были предусмотрены / например стены ямы и печи выкладывались из настоящего бутового камня, возить этот камень пришлось за 70 км. от Суздаля, где строилась декорация/...»

Построенные в такой спешке сложнейшие декорации оказались недостаточно прочными. В результате, в начале июня из-за проливных дождей декорация «Колокольная яма» обрушилась.

2018-09-26_110152.jpg

Обвал декорации произошел из-за недостаточной квалификации местных мастеров, к которым была вынуждена обратиться группа. В объяснении директора группы Т.Огородниковой было отмечено, что загрузка специалистов Отдела Декоративно-Технических сооружений студии (ОДТС) не оставила съемочной группе «Андрея Рублева» выбора:

2018-09-26_110254.jpg

 На фоне таких крупных срывов мелкие неприятности, как например, отказ актерского отдела «Мосфильма» санкционировать съемки статистов в обнаженном виде для сцены «Ночь Ивана Купалы», уже не казались существенными…

2018-09-26_110351.jpg

 Однако вскоре появились проблемы намного серьезнее.

В сентябре 1965 года в редакцию газеты «Известия» пришло письмо из далекого от владимирской земли города Риги. В этом письме профессор Латвийского Государственного Университета Темникова яростно обличала варварские методы, которые используют во время съемок режиссер А.Тарковский и работники «Мосфильма»:

« …В газетах имеется сообщение о том, что в Суздале и Владимире снимаются эпизоды для фильма "Андрей Рублев". А вот "комментарий" к этому. Пишет моя добрая знакомая из Владимира: "Снимают теперь здесь для кино "Рублева" и с такими по нашему ненужными сценами, что неприятно ходить и слышать. Например, обливают живую корову керосином и зажи­гают, представьте себе как животное мучается, бегает в огне, мычит. Тo же делают и с лошадьми. Неужели так надо? Ведь дети смотрят, но многие и возмущаются".

Действительно, это ведь татарские орды сжигали живых а тут сжигают живых животных-, - работники Мосфильма!!! Как говорится - дольше ехать некуда... На глазах у Владимирцев или даже в лесу - но живьем сжигать животных! И во имя чего? Для "реализма" фильма о величайшем гуманизме земли русской Андрее Рублеве! Ведь это же просто профанация его памяти!»

Газета потребовала разъяснений. Надо сказать, что в те годы пресса, а тем более такая газета как «Известия» («Известия Совета народных депутатов СССР» так полностью называлось это издание) была серьезным оружием, и отмахнуться от запроса редакции было невозможно.

В результате руководство Главного Управления Художественной Кинематографии направило Генеральному Директору Киностудии «Мосфильм» В.Сурину требование разобраться с этими фактами и предоставить ответ как автору письма, так и в Главк.

В.Сурину в свою очередь давал объяснения директор Шестого Творческого Объединения П.Данилянц:

«.. Желая с подлинной художественной силой показать ужасы татарского нашествия и разорения русской земли, съемочная группа в одной из сцен показала как татары , сметая все на своем пути, сжигают дома, домашний скот, имущество….

В этом эпизоде была снята выбежавшая из горящего хлева корова, охваченная пламенем.…Для этой цели была взята одна корова, сданная после съемки на бойню.

В настоящее время съемочной группе мною дано указание в дальнейших съемках такого рода использование животных ни в коем случае не допускать.»

Обвинения в жестокости еще долго преследовали режиссера и, как оказалось, сыграли свою печальную роль в прокатной судьбе картины.

История о выходе на экраны «Андрея Рублева» будет подробно описана в последующих публикациях, но некоторые ее аспекты должны быть раскрыты здесь.

В конце декабря 1966 года готовую картину «Андрей Рублев», которую ждали, о которой много писали, показали в Доме Кино, в редакции газеты «Правда», в Центральном Комитете КПСС. Фильм вызвал у зрителей абсолютно противоречивые чувства - от восторга и восхищения – до полного неприятия и хулы. Именно в этот момент, сразу после премьерных показов, когда практически решалась дальнейшая судьба картины, 24 декабря 1966 года популярная газета «Вечерняя Москва» опубликовала статью И.Солдатова:

2018-09-26_110432.jpg

«…И запылала корова. Ее страдальческие стенания и вопли разносились окрест, пугая не только малышей, но и взрослых. А те взрослые, что стояли вблизи, с тоской в глазах смотрели на несчастное животное, которое они сами только что подожгли. Да, сами. Облили бензином и подожгли. Нет, не бандиты они и не варвары, не жестокосердные, а, напротив, даже сердобольные люди. И каждому из них хотелось броситься к корове, чтобы погасить пламя, спасти ее. Но властная рука режиссера пресекала все их попытки.

Корова, живая корова, пожираемая огнем, – это жертва, принесенная на алтарь искусства кинематографии по требованию постановщика фильма….»

Несмотря на то, что впоследствии А.Тарковский неоднократно говорил, что корова была накрыта попоной, обвинения в чрезмерной жестокости некоторых сцен послужили одной из причин, по которой фильм был снят с экрана практически сразу после премьерных показов.

Пристальное внимание прессы к тому, что творилось на съемочной площадке не ограничилось только обвинениями режиссера в жестокости. Осенью 1965 года его пытались уличить в преступной халатности, которая чуть не привела к гибели всего музейного комплекса – Успенского собора города Владимира.

30 сентября 1965 года в журнале «Крокодил» появилась заметка А.Никольского, в которой автор оплакивал печальную судьбу Успенского Собора:

2018-09-26_110456.jpg

 Статья была вызвана непредвиденной ситуацией, которая произошла 2 сентября 1965 года во время съемок имитации пожара 1410 года в Успенском соборе.

Из объяснительной записки директора картины Т.Огородниковой директору Объединения П.Данилянцу:

«…Во время съемки имитации пожара на крыше Успенского собора не было: применялись только черные дымы, поэтому пожар­ного поста на крыше не выставили и весь отряд находился внизу, где по ходу съемок происходили пожары.

После горения шашек на крыше пиротехник тов .Маляров Е. на проверил то место где у него вырвалась шашка и опустился вниз.

В результате нагревания загорелась обрешетка крыши. Группой были предприняты все меры по ликвидации загорания последствия причиненного ущерба.

Никаких претензий со стороны Кафедрального собора нет, о чем свидетельствует справка…»

В справке, которую представила Т.Огородникова от Председателя Исполнительного Органа Успенского собора во Владимире действительно было зафиксировано,

2018-09-26_112058.jpg

 Разбирательства после фельетона в сатирическом журнале «Крокодил» были столь серьезными, что администрация съемочной группы главе с режиссером А.Тарковским была вынуждена направить открытое письмо в самую главную газету в СССР - «Правду»:

«…Пред началом съемки пожара директор группы и начальник пожарной охраны еще раз подробно проинструктировали пиротехников и пожарных и лично проверили,все ли меры приняты, чтобы обеспечить полную безопасность. И то, что во время съемок в руках пиротехника Малярова взорвалась дымовая шашка, - несчастный случай…

..противопожарная безопасность была действительно обеспечена. Часть горючего состава проникла сквозь крышу и загорелась ее обрешетка ( а не стропила), но пожар был тотчас же ликвидирован. Кстати огонь погасили с помощью пенных огнетушителей… о воде, которая якобы чуть было не залила фрески Рублева, автор поминает исключительно ради драматического эффекта…

Чтобы не создалось ложного представления о масштабах «исторического пожара 1965 года», сообщаем, что была повреждена кровля (около двух квадратных метров), которая была немедленно восстановлена за счет съемочной группы. Хранитель Успенского собора в официальном письме заявил, что никаких претензий к группе не имеет…

Как люди причастные к искусству, мы понимаем, что большая часть написанного А.Никольским – явное сатирическое преувеличение. Но все-таки ради красного словца не стоит белое выдавать за черное.

По поручению партактива и коллектива съемочной группы кинофильма «Андрей Рублев»

Режиссер-постановщик А.Тарковский

Главный оператор В.Юсов

Директор картины Т.Огородникова

Парторг, режиссер И.Петров

Профорг Л.Кизилова

29.10.1965»

Но только письмом дело не ограничилось. От киностудии «Мосфильм» в Главное Управление Художественной кинематографии был представлен большой перечень объяснительных документов.

Конечно создание любого фильма – не только исключительно творческий процесс. Съемки кино – настоящее производство, где занято большое количество людей, причем производство зачастую опасное, которое требует от режиссера, администрации и работников съемочной группы четкой организации и контроля всей работы.

Понятно, что любые нарушения требовали разбирательств и мер по их предотвращению. Но представленные документы свидетельствуют не только об этом. Масштаб общественного резонанса, пристальный интерес к тому, как снимали фильмы свидетельствовали о том, что в то время кино действительно стало важнейшим из всех искусств.


ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ



Поделиться новостью: